Главная страница

Хрестоматия по истории Древнего мира.

<<НазадСодержаниеДалее>>

Китай

    

               
Ли Бо (701-762). Поэзия

ПЕСНЯ О ВОСХОДЕ И ЗАХОДЕ СОЛНЦА

Из восточного залива солнце,
Как из недр земных, над миром всходит.
По небу пройдет и канет в море.
Где же пещера для шести драконов?
В древности глубокой и поныне
Солнце никогда не отдыхало,
Человек без изначальной силы
Разве может вслед идти за солнцем?
Расцветая, травы полевые
Чувствуют ли к ветру благодарность?
Дерева, свою листву роняя,
На осеннее не ропщут небо.
Кто торопит, погоняя плетью,
Зиму, осень, и весну, и лето?
Угасанье и расцвет природы
Совершаются своею волей.
О, Си Хэ, Си Хэ, возница солнца,
Расскажи нам, отчего ты тонешь
В беспредельных и бездонных водах.
И какой таинственною силой
Обладал Лу Ян?1
Движенье солнца
Он остановил копьем воздетым.
Много их, идущих против Неба,
Власть его присвоивших бесчинно.
Я хочу смешать с землею небо,
Слить всю необъятную природу
С первозданным хаосом навеки.

 

ЛУНА НАД ПОГРАНИЧНЫМИ ГОРАМИ

Луна над Тянь-Шанем восходит светла,
И бел облаков океан,
И ветер принесся за тысячу ли
Сюда от заставы Юймынь.
С тех пор как китайцы пошли на Бодэн,
Враг рыщет у бухты Цинхай,
И с этого поля сраженья никто
Домой не вернулся живым.
И воины мрачно глядят за рубеж —
Возврата на родину ждут,
А в женских покоях как раз в эту ночь
Бессонница, вздохи и грусть.

 

НА ЗАПАДНОЙ БАШНЕ В ГОРОДЕ
ЦЗИНЬЛИН ЧИТАЮ СТИХИ ПОД ЛУНОЙ

 

В ночной тишине Цзиньлина
Проносится свежий ветер,
Один я всхожу на башню,
Смотрю на У и на Юэ.2
Облака отразились в водах
И колышут город пустынный,
Роса, как зерна жемчужин,
Под осенней луной сверкает.
Под светлой луной грущу я
И долго не возвращаюсь.
Не часто дано увидеть,
Что древний поэт сказал.
О реке говорил Се Тяо:3
"Прозрачней белого шелка", —
И этой строки довольно,
Чтоб запомнить его навек.

 

ПРОВОЖАЯ ДО БАЛИНА ДРУГА,
ДАРЮ ЕМУ ЭТИ СТИХИ НА ПРОЩАНЬЕ

Я друга до Балина провожаю.
Потоком бурным протекает Ба,
Там на горе есть дерево большое,
Оно состарилось и не цветет.
Внизу весенняя пробилась травка,
Что ранит душу слабостью своей.
Я спрашиваю жителей окрестных:
"Куда меня дорога приведет?"
Мне отвечают: "По дороге этой
"На юге некогда Ван Цань всходил".4
Не прерываясь, тянется дорога
До города столичного Чанъань,
Садясь, тускнеет солнце над дворцами,
Плывут по небу стаи облаков.
И вот сейчас, когда прощаюсь с другом,
Разлуки место ранит душу мне.
И голос друга, "Иволгу" поющий,
Мне слушать нестерпимо тяжело.

Перевод А. Ахматовой

 

СМОТРЮ НА ВОДОПАД В ГОРАХ ЛУШАНЬ5

За сизой дымкою вдали
Горит закат,

Гляжу на горные хребты,
На водопад.

Летит он с облачных высот
Сквозь горный лес —

И кажется: то Млечный Путь
Упал с небес.

 

В ГОРАХ ЛУШАНЬ СМОТРЮ НА
ЮГО-ВОСТОК, НА ПИК ПЯТИ СТАРИКОВ6

Смотрю на пик Пяти Стариков,
На Лушань, на юго-восток.

Он поднимается в небеса,
Как золотой цветок.

С него я видел бы все кругом
И всем любоваться мог...

Вот тут бы жить и окончить мне
Последнюю из дорог.

 

СОСНА У ЮЖНОЙ ВЕРАНДЫ

У южной веранды
Растет молодая сосна,

Крепки ее ветви
И хвоя густая пышна.

Вершина ее
Под летящим звенит ветерком,

Звенит непрерывно,
Как музыка, ночью и днем.

В тени, на корнях,
Зеленеет, курчавится мох,

И цвет ее игл —
Словно темно-лиловый дымок.

Расти ей, красавице,
Годы расти и века,

Покамест вершиной
Она не пронзит облака.

 

ЛИЛОВАЯ ГЛИЦИНИЯ

Цветы лиловой дымкой обвивают
Ствол дерева, достигшего небес,

Они особо хороши весною —
И дерево украсило весь лес.

Листва укрыла птиц поющих стаю,
И ароматный легкий ветерок

Красавицу внезапно остановит,
Хотя б на миг — на самый краткий срок.

 

СТИХИ О ЧИСТОЙ РЕКЕ7

Очищается сердце мое
Здесь, на Чистой реке;

Цвет воды ее дивной —
Иной, чем у тысячи рек.

Разрешите спросить
Про Синьань8, что течет вдалеке:

Так ли камешек каждый
Там видит на дне человек?

Отраженья людей,
Словно в зеркале светлом, видны,

Отражения птиц —
Как на ширме рисунок цветной.

И лишь крик обезьян9
Вечерами, среди тишины,

Угнетает прохожих,
Бредущих под ясной луной.

 

РАНО УТРОМ ВЫЕЗЖАЮ ИЗ
ГОРОДА БОДИ10

Я покинул Боди,
Что стоит средь цветных облаков,

Проплывем по реке мы
До вечера тысячу ли.

Не успел отзвучать еще
Крик обезьян с берегов —

А уж челн миновал
Сотни гор, что темнели вдали.

 

НОЧЬЮ, ПРИЧАЛИВ У СКАЛЫ НЮЧЖУ,
ВСПОМИНАЮ ДРЕВНЕЕ

У скалы Нючжу11 я оставил челн,
Ночь блистает во всей красе.

И любуюсь я лунным сияньем волн,
Только нет генерала Се.

Ведь и я бы мог стихи прочитать —
Да меня не услышит он...

И попусту ночь проходит опять,
И листья роняет клен.

 

ЛЕТНИМ ДНЕМ В ГОРАХ

Так жарко мне —
Лень веером взмахнуть.

Но дотяну до ночи
Как-нибудь.

Давно я сбросил
Все свои одежды —

Сосновый ветер
Льется мне на грудь.

 

О ТОМ, КАК ЮАНЬ ДАНЬ-ЦЮ12
ЖИЛ ОТШЕЛЬНИКОМ В ГОРАХ

В восточных горах
Он выстроил дом

Крошечный —
Среди скал.

С весны он лежал
В лесу пустом

И даже днем
Не вставал.

И ручейка
Он слышал звон

И песенки ветерка.
Ни дрязг и ни ссор

Не ведал он —
И жить бы ему века.

 

НАВЕЩАЮ ОТШЕЛЬНИКА НА
ГОРЕ ДАЙТЯНЬ, НО НЕ ЗАСТАЮ ЕГО

Собаки лают,
И шумит вода,

И персики
Дождем орошены.

В лесу
Оленей встретишь иногда,

А колокол
Не слышен с вышины.

За сизой дымкой
Высится бамбук,

И водопад
Повис среди вершины.

Кто скажет мне,
Куда ушел мой друг?

У старых сосен
Я стою один.

 

СЛУШАЮ, КАК МОНАХ ЦЗЮАНЬ
ИЗ ШУ ИГРАЕТ НА ЛЮТНЕ

С дивной лютней
Меня навещает мой друг,

Вот с вершины Эмэя
Спускается он.

И услышал я первый
Томительный звук —

Словно дальних деревьев
Таинственный стон.

И звенел,
По камням пробегая, ручей,

И покрытые инеем
Колокола13

Мне звучали
В тумане осенних ночей...

Я, старик, не заметил,
Как ночь подошла.

 

БЕЗ НАЗВАНИЯ
И ясному солнцу,
И светлой луне

В мире
Покоя нет.

И люди
Не могут жить в тишине,

А жить им —
Немного лет.

Гора Пэнлай14
Среди вод морских

Высится,
Говорят.

Там в рощах
Нефритовых и золотых

Плоды,
Как огонь, горят.

Съешь один —
И не будешь седым,

А молодым
Навек.

Хотел бы уйти я
В небесный дым,

Измученный
Человек.

 

РАЗВЛЕКАЮСЬ

Я за чашей вина
Не заметил совсем темноты,

Опадая во сне,
Мне осыпали платье цветы.

Захмелевший, бреду
По луне, отраженной в потоке.

Птицы в гнезда летят,
А людей не увидишь здесь ты...

 

ПОСЫЛАЮ ДУ ФУ ИЗ ШАЦЮ

В конце концов, для чего
Я прибыл, мой друг, сюда?

В безделье слоняюсь здесь,
И некому мне помочь.

Без друга и без семьи
Скучаю, как никогда,

А сосны скрипят, скрипят
По-зимнему, день и ночь.

Луское пью вино,
Но пей его хоть весь день —

Не опьяняет оно:
Слабое, милый друг.

И сердце полно тоской,
И, словно река Вэнь,

Безудержно, день и ночь,
Стремится к тебе — на юг.

 

ОПЛАКИВАЮ СЛАВНОГО СЮАНЬЧЭНСКОГО
ВИНОДЕЛА, СТАРИКА ЦЗИ

Ты, старый друг,
Ушел в загробный мир,

Где, верно,
Гонишь ты вино опять.

Там нет Ли Бо,
И кто устроит пир?

Кому вино
Ты станешь продавать?

 

ДУМЫ ТИХОЙ НОЧЬЮ

У самой моей постели
Легла от луны дорожка.

А может быть, это иней? —
Я сам хорошо не знаю.

Я голову поднимаю —
Гляжу на луну в окошко,

Я голову опускаю —
И родину вспоминаю.

 

ВЕТКА ИВЫ

Смотри, как ветви ивы
Гладят воду —

Они склоняются
Под ветерком.

Они свежи, как снег,
Среди природы

И, теплые,
Дрожат перед окном.

А там красавица
Сидит тоскливо,

Глядит на север,
На простор долин,

И вот —
Она срывает ветку ивы

И посылает — мысленно —
В Лунтин.

 

В СЮАНЬЧЭНЕ ЛЮБУЮСЬ ЦВЕТАМИ

Как часто я слушал
Кукушек лесных кукованье,

Теперь — в Сюаньчэне —
Гляжу на "кукушкин цветок".

А вскрикнет кукушка —
И рвется душа от страданья,

Я трижды вздыхаю
И молча гляжу на восток.

 

СТРУЯЩИЕСЯ ВОДЫ

В струящейся воде
Осенняя луна.

На южном озере
Покой и тишина.

И лотос хочет мне
Сказать о чем-то грустном,

Чтоб грустью и моя
Душа была полна.

 

ОДИНОКО СИЖУ В ГОРАХ ЦЗИНТИНЦАНЬ

Плывут облака
Отдыхать после знойного дня,

Стремительных птиц
Улетела последняя стая.

Гляжу я на горы,
И горы глядят на меня,

И долго глядим мы,
Друг другу не надоедая.

 

ОСЕНЬЮ ПОДНИМАЮСЬ НА СЕВЕРНУЮ
БАШНЮ СЕ ТЯО В СЮАНЬЧЭНЕ

Как на картине,
Громоздятся горы

И в небо лучезарное
Глядят.

И два потока
Окружают город,

И два моста,
Как радуги, висят.

Платан застыл,
От холода тоскуя,

Листва горит
Во всей своей красе.

Кто б ни взошел
На башню городскую —

Се Тяо вспомнят
Неизбежно все.

 

ХРАМ НА ВЕРШИНЕ ГОРЫ

На горной вершине
Ночую в покинутом храме.

К мерцающим звездам
Могу прикоснуться рукой.

Боюсь разговаривать громко:
Земными словами

Я жителей неба
Не смею тревожить покой.

 

ПРОВОЖУ НОЧЬ С ДРУГОМ

Забыли мы
Про старые печали —

Сто чарок
Жажду утолят едва ли.

Ночь благосклонна
К дружеским беседам,

А при такой луне
И сон неведом,

Пока нам не покажутся,
Усталым,

Земля — постелью,
Небо — одеялом.

 

ПРОВОДЫ ДРУГА

Там, где Синие горы
За северной стали стеной,

Воды Белой реки
Огибают наш город с востока.

На речном берегу
Предстоит нам расстаться с тобой,

Одинокий твой парус
Умчится далеко-далеко.

Словно легкое облачко,
Ветер тебя понесет.

Для меня ты, как солнце.
Ужели же время заката?

Я рукою машу тебе —
Вот уже лодка плывет.

Конь мой жалобно ржет —
Помнит: ездил на нем ты когда-то.

 

ПРОЩАЮСЬ С ДРУГОМ У
БЕСЕДКИ ОМОВЕНИЯ НОГ

У той дороги,
Что ведет в Гушу,

С тобою, друг,
В беседке я сижу.

Колодец
С незапамятных времен

Здесь каменной оградой
Обнесен.

Здесь женщины,
С базара возвратясь,

Смывают с ног своих
И пыль и грязь.

Отсюда —
Коль на остров поглядишь —

Увидишь:
Белый там цветет камыш...

...Я голову
Поспешно отверну,

Чтоб ты не видел
Слез моих волну.

 

ПРОВОЖАЮ ДРУГА, ОТПРАВЛЯЮЩЕГОСЯ
ПУТЕШЕСТВОВАТЬ В УЩЕЛЬЯ

Любуемся мы,
Как цветы озаряет рассвет,

И все же грустим:
Наступает разлука опять.

Здесь вместе с тобою
Немало мы прожили лет,

Но в разные стороны
Нам суждено уезжать.

Скитаясь в ущельях,
Услышишь ты крик обезьян,

Я стану в горах
Любоваться весенней луной.

Так выпьем по чарке —
Ты молод, мой друг, и не пьян:

Не зря я сравнил тебя
С вечнозеленой сосной.

 

ПРОВОЖАЮ ГОСТЯ,
ВОЗВРАЩАЮЩЕГОСЯ В У

Тихий дождик окончился.
Выпито наше вино.

И под парусом лодка твоя
По реке полетела.

Много будет тебе на пути
Испытаний дано,

А вернешься домой —
Там слоняться ты станешь без дела.

Здесь, на острове нашем,
Уже расцветают цветы,

И плакучие ивы
Листву над рекою склонили.

Без тебя мне осталось
Сидеть одному у воды

На речном перекате,
Где вместе мы рыбу удили.

 

БЕСЕДКА ЛАОЛАО15

Здесь душу ранит
Самое названье

И тем, кто провожает,
И гостям.

Но ветер,
Зная горечь расставанья,

Все не дает
Зазеленеть ветвям.16

 

ПОСВЯЩАЮ МЭН ХАО-ЖАНЮ17

Я учителя Мэн
Почитаю навек.

Будет жить его слава
Во веки веков.

С юных лет
Он карьеру презрел и отверг —

Среди сосен он спит
И среди облаков.

Он бывает
Божественно пьян под луной,

Не желая служить —
Заблудился в цветах.

Он — гора.
Мы склоняемся перед горой,

Перед ликом его —
Мы лишь пепел и прах.

 

ПРОВОЖАЮ ДУ ФУ18 НА ВОСТОКЕ
ОКРУГА ЛУ У ГОРЫ ШЫМЫНЬ

Мы перед разлукой
Хмельны уже несколько дней,

Не раз поднимались
По склонам до горных вершин.

Когда же мы встретимся
Снова, по воле своей,

И снова откупорим
Наш золоченый кувшин?

Осенние волны
Печальная гонит река,

Гора бирюзовою
Кажется издалека.

Нам в разные стороны
Велено ехать судьбой —

Последние кубки
Сейчас осушаем с тобой.

 

ВЕСЕННЕЙ НОЧЬЮ В
ЛОЯНЕ19 СЛЫШУ ФЛЕЙТУ

Слышу: яшмовой флейты музыка,
Окруженная темнотой,

Пролетая, как ветры вешние,
Наполняет Лоян ночной.

Слышу "Сломанных ив" мелодию,
Светом полную и весной...

Как я чувствую в этой песенке
Нашу родину — сад родной!

 

ВСПОМИНАЮ ГОРЫ ВОСТОКА

В горах Востока
Не был я давно,

Там розовых цветов
Полным-полно.

Луна вдали
Плывет над облаками,

А в чье она
Опустится окно?

 

ТОСКА О МУЖЕ

Уехал мой муж далеко, далеко
На белом своем коне,

И тучи песка обвевают его
В холодной чужой стране.

Как вынесу тяжкие времена?..
Мысли мои о нем,

Они все печальнее, все грустней
И горестней с каждым днем.

Летят осенние светлячки
У моего окна,

И терем от инея заблестел,
И тихо плывет луна.

Последние листья роняет утун —
Совсем обнажился сад.

И ветви под резким ветром в ночи
Качаются и трещат.

А я, одинокая, только о нем
Думаю ночи и дни.

И слезы льются из глаз моих —
Напрасно льются они.

 

ОСЕННИЕ ЧУВСТВА

Сколько дней мы в разлуке,
Мой друг дорогой, —

Дикий рис уже вырос
У наших ворот.

И цикада
Смирилась с осенней порой,

Но от холода плачет
Всю ночь напролет.

Огоньки светляков
Потушила роса,

В белом инее
Ветви ползучие лоз.

Вот и я
Рукавом закрываю глаза,

Плачу, друг дорогой,
И не выплачу слез.

Перевод А. Гитовича

 

1. Лу Ян — герой древности. По преданию, когда он воевал с царством Хань, битва еще продолжалась, а солнце стало заходить, он взмахнул копьем, солнце вернулось обратно на сто ли (1 ли = 576 м).

2. У и Юэ — древние царства на юго-востоке страны.

3. Се Тяо (464—499) — знаменитый поэт, был губернатором в Сюань-чэне.

4. "На юге" некогда Ван Цань всходил... — В одном из стихотворений известный поэт Ван Цань (177—217), спасавшийся от мятежа, писал: "На юге поднимаюсь на Балинскую гору, оборачиваюсь, смотрю на Чанъань".

5. Горы Лушань — в нынешней провинции Цзянси, знамениты своими пейзажами. Здесь в эпоху династии Тан (618—907) было много храмов, монастырей, скитов отшельников.

6. Пик Пяти Стариков — находится к юго-востоку от главной вершины горы Лушань.

7. Чистая река (Цинси) — в нынешней провинции Аньхуэй, получила название благодаря прозрачности своих вод.

8. Синъань — река, также знаменитая прозрачностью вод.

9. Крик обезьян в китайской поэзии является символом глубокой тоски.

10. Боди — город на высоком берегу Янцзы, в нынешней провинции Сычуань. Поэт воспевает быстрое течение в верховьях Янцзы, в районе трех знаменитых ущелий.

11. Скала Нючжу — на берегу Янцзы. В эпоху Южной династии Цзинь (265—419) генерал Се Шан, знаменитый "покоритель Запада", услышал, как Юань Хун, тогда еще неизвестный поэт, лунной ночью в одиночестве читал свои стихи. Генерал призвал его и похвалил стихи, чем и положил начало его известности.

12. Юань Дань-цю — даос-отшельник, друг Ли Бо.

13. Покрытые инеем колокола — Согласно легенде, на горе Фыншань было девять колоколов, которые сами начинали звучать, когда на них оседал иней.

14. Гора Пэнлай — даосский рай; по поверьям древних китайцев, находится на острове в Восточном море.

15. Беседка Лаолао — буквально "Беседка удрученных", традиционное место расставания, ибо уезжающих друзей было принято провожать до этой беседки.

16. ...не дает зазеленеть ветвям — Если бы ветви ивы зазеленели, от них, по обычаю, друзья при расставании отломали бы на память ветви, и тогда горечь разлуки была бы еще острее.

17. Мэн Хао-жань (689—740) — выдающийся поэт, старший друг Ли Бо.

18. Ду Фу (712—770) — великий китайский поэт. Стихотворение написано Ли Бо при расставании с молодым Ду Фу, возвращающимся из путешествия по Шаньдуну в столицу Чанъань.

19. Лоян — одна из двух столиц Танской империи, так называемая Восточная столица (Чанъань — Западная столица).

 

Источник:
В. Варажапетян "Путник со свечой"

      
<<НазадСодержаниеДалее>>

Китай

Карты
Личности
Страны и племена
Военное искусство
Экскурсии
Хрестоматия
Новые теории
Общие статьи



Поиск
Ссылки
Хронология
Новости истории
Форум
О сайте
Гостевая книга